Мой мир глазами художников
Профессиональность компетентность и конфидециальность гарантирую
Аудитор Петрова Татьяна Александровна

Мой мир глазами художников

www.auditpetrova.ru

Впервые озвучена проблема: «Who is who в истории современного искусства России? Быть или не быть свободе нашего выбора? Об этом и многом другом – искусствовед Ирина Маршева

Материал представляет собой мои размышления наблюдателя за процессами, происходящими в сфере современного художественной жизни. На объективность не претендую, лишь пытаюсь представить некоторую логику событий за прошедшие лет пятнадцать.

В 1996 году начался новый этап существования русского изобразительного искусства. События, которые обозначили этот процесс, выглядят не слишком значительными, однако, привели к глобальным изменениям в пространстве культуры. Но ведь и Аннушка всего на всего пролила подсолнечное масло (Надеюсь, помните… «Мастер и Маргарита»). К этому времени произошло, примерно, следующее: Андрей Ерофеев в 1995г. опубликовал свою коллекцию нонконформистского искусства, Марат Гельман в 1990г. открыл свою галерею, Леонид Бажанов возглавил отдел в Министерстве культуры и в 1994г. создал Государственный центр современного искусства. В ЦДХ в 1996 без шума и наплыва публики произошла первая выставка московской биеннале современного искусства. А спустя 10 лет в 2006 на биеннале стояла очередь в кассу ЦДХ, залы были забиты публикой. К нелегальному искусству тех лет принадлежало и нижегородское сообщество художников «Черный пруд». В Нижегородский художественный музей торжественно передали коллекцию художников советской эмиграции, отцов-основателей национального искусства андеграунда. Так называемая «Коллекция Литературной газеты» была закуплена у авторов администрацией Бориса Немцова и добровольно-принудительно была помещена в 1992г. в авторитетный государственный музей. Можем гордиться первой в стране официальной коллекцией неофициального искусства, хотя музей ее пиарить что-то не торопится. Еще чуть раньше, в 1991г, был издан двухтомник «Другое искусство», в котором впервые признали всех нелегально-неофициальных художников второй половины двадцатого столетия.

Тем временем Союз художников стремительно разбазаривал материальную базу, страсть к чинам и званиям возобладала над здравым смыслом. Художественные музеи, оплоты и столпы классической официальной культуры, теряли последних специалистов. Старики, которые действительно были профессионалами, что называется, из «бывших» - вымирали просто физически. Кроме того, у работающих было одно веское преимущество – они получали и пенсию и зарплату, что существенно, если можно так говорить о смехотворных суммах, улучшало их положение по сравнению с молодыми сотрудниками. Молодые умные и образованные с таким положением смириться не могли и разбежались кто - куда от голодной смерти, которая грозит в таком положении человеку, тратящему много энергии. Места и тех, и других заполнили люди малообразованные и еще меньше соображающие в чем бы то ни было. Последние мало тратили энергии, и убогих музейных грошей им как раз хватало на восполнение таких же жалких потерь энергии. При всем этом, они оказались надежно защищены от критики лихачевским лозунгом - «музейщики и библиотекари – последние русские святые». За стенами музеев воцарилась безграмотная лень, закупок современного искусства в коллекции никто больше не делал. Художники официальные потеряли к музеям всяческий интерес.

Вернемся к новому искусству. Усилиями вышеназванных в начале моего повествования фигур, обозначился следующий расклад сил. Всех их, кстати, объединяло прошлое: каждый из них вырос в весьма состоятельной и влиятельной советской семье, которая вовсе не сопротивлялась, а всемерно способствовала государственной тирании. Неофициальное искусство стало отныне оформляться как современная стратегия. Тогда же определились и с терминологией: современным называлось все то, что происходит здесь и сейчас, а для особого направления использовалось понятие актуального искусства. Актуальное искусство с этого времени объявляется главным, ведущим, единственным, заслуживающим внимания. … От тотального господства соцреализма культура страны впала в новое беспамятство, в господство, так называемого «актуального искусства». Государство же просто отстранилось от проблемы и делает вид, что это все его не касается. До чего же ходы одинаковые! Или других не бывает в этой стране?

Андрей Ерофеев - исключительно качественный теоретик. Он обеспечил славную историю нонконформизма с богами и героями в виде Кабакова, Булатова, Сокова, Комара и Меламида и еще целого пантеона. Он же стал апостолом социально ориентированного искусства, живущего в остром противоборстве с существующим режимом. Ерофеев долго и мучительно искал у нового, будто бы демократического, режима болевые точки, одной из них была Чечня (художник Калима, один из протэжэ Ерофеева - этнический чеченец, но на родине не бывал, устраивал под присмотром Ерофеева скотч-пати, представлялся на биеннале ). Ерофеев как куратор провел в провинции несколько выставок, нарушивших покой местных чиновников, но все довольно быстро привыкли к жесткому языку художественного высказывания, принятому у Ерофеева. (Выставки «История в лицах» и «Безумный двойник», довольно посредственная выставка в Нижегородском художественном музее, где были представлены Виноградов с Дубоссарским, «Синие носы», Калима и еще кто-то). Но режим как-то не замечал героя, а мельницы по-прежнему безразлично махали своими крыльями. А Ерофеева приняли на работу в Государственную Третьяковскую галерею.

Второй обозначенной уже тенденцией стало открытие галереи Марата Гельмана. В ее задачи входила пропаганда вновь создаваемых ценностей, здесь искусство перестало быть нонконформизмом, неофициальным, подпольным и прочее и прочее… Теперь все приобретало статус актуального, а за тем объявлялось модным и престижным. Это искусство по-прежнему мало кто одобрял и понимал, но тусовки получались вокруг этого занимательные, вообще было не скучно, а висящее на стенах можно было и вовсе не замечать. В лихие 90-е у Гельмана случился приработок - он занялся политтехнологиями, и на этом поприще развлекался, как мог с размахом творческой мысли галериста и художника. Бурная эпоха выборов, когда на ветер отпускались немереные средства, вошла в берега, начиная с 2001г. Шлыга Марата закончилась.

Третье направление связано с деятельностью Л.Бажанова. Прекрасный тонкий интеллигентный российский диссидент оказывается на службе в идеологическом ведомстве. Кто-то проморгал, не иначе. Леня был там как Штирлиц в ставке фюрера. Но своего добился, завел в стране, в которой все по барабану, новую культурную институцию «Государственный центр современного искусства». У чиновников, наверное, какой-то паралич был, когда они подписывали учредительные документы, поскольку к имеющимся учреждениям культуры, от которых одни убытки, добавлялось еще одно дитя малое, да неразумное. Но, видимо, их заверили, что у новоиспеченной институции найдутся покровители и содержатели. Как только все решилось положительно, Леня настолько углубился в творчество, что даже директором Центра не стал - является художественным руководителем. Центр работает и недавно стал музеем. Причина смешная, чиновничья: надо было определить Центр в какую-то кучку, ибо он один болтался в структуре министерства в гордом одиночестве. Ну, музеем так музеем, всяко не цирк. Хотя, на мой взгляд, типологически и к цирку можно было его отнести с равным успехом.

Итак, у современного искусства теперь есть своя история и пантеон богов, организация для реализации продукции, базовое учреждение для пропаганды, изучения и комплектования. Все условия созданы и начинается активнейшая работа в обществе по пропаганде ценностей нового времени. И не важно, что эти ценности через сюжеты произведений и их формальные признаки сильно напоминают насилие в грубой извращенной форме, зато происходит реальное конвертирование в мировой рынок актуального искусства. Наконец-то на Венецианской биеннале павильон открыт.

Да, кстати, помимо перечисленных базовых фигур следует упомянуть музейщика-расстригу Мизиано и циника Бакштейна (оба они искусствоведы), которые объединились и возглавили Росизопропаганду. Эта организация в советское время осуществляла функции закупки произведений у художников и организацию выставок, в том числе и международных. Ну, а культовым критиком нового направления в искусстве стала Катя Деготь. То, что она говорит и пишет об истории искусства XX века, вызывает оторопь и недоумение, поскольку в ее текстах очевидное объявляется не существующим и наоборот. Но ведь должен же быть критик, ей Богу. Ну, пусть будет - роль у нее такая. Правду-то обо всем этом говорить нельзя пока народу, да и ни к чему. Опять же у Кати глотка луженая, она легко заткнет того, кто попробует со своей правдой соваться в процесс.

А процесс, и правда, идет. Проводятся грандиозные выставки. Наши за рубежом прославляются. Выросла масса фестивалей. Издаются горы альбомов и буклетов, то есть книжек с картинками. Одна только есть небольшая проблема. Художникам никто не объяснил критериев, по которым принимают в современное искусство. Вот оно есть и процветает, а попадают туда непонятным путем. Художники на своей шкуре испытали понятие «неформат». Догадались, что профессионалы в этом вопросе не нужны: любой деятель предпочтет растить молодую особь, чем платить уже готовому мастеру. Когда у художников прошла первая обида на не признанность в области актуального искусства, они спокойно разошлись по китайским и корейским маршанам, которые берут сразу много картин, платят щедро, по нашим меркам, и наличными.

И так бы все было бы хорошо и благостно. Однако неумолимое время преподносит сюрпризы. И сейчас, на глазах изумленной публики, происходит новый передел в области структуры производства и потребления культурного продукта. В первую очередь произошла масштабная трагедия с государственными учреждениями культуры. И попадают в эту воронку не только художественные музеи, но все организации подобного рода. Для государства, в ведении и подчинении которого они всегда были, искусство и культура похоже больше не нужны. Государство полностью передало идеологические функции в руки РПЦ. Содержать ценности, собранные в музеях, не интересно, поскольку новая идеология внеисторична. Кроме того, видимо, или есть намерение вновь отечественную историю переписать, или стремление уничтожить все материалы и документы, по которым ее можно написать научно, то есть предельно объективно. Иными мотивами объяснить то явное пренебрежение, с которым государство относится к музеям и коллекциям, невозможно. Остается функция эстетическая, которая слишком поверхностна, чтобы ею заниматься вообще. Это личное дело каждого. А отдельно взятый «каждый» - в этой стране не интересует никого. Это то, что касается базовых ценностей культуры.

А как поживает у нас актуальное искусство? Его тоже коснулся великий передел. Предельно просто и ясно сформулировал в своем ЖЖ Марат Гельман новое направление развития искусства: « Искусство больше никогда не будет выполнять идеологическую функцию, оно теперь призвано только развлекать.» От такого тезиса мурашки по коже, все это кажется страшной утопией. Но давайте посмотрим на судьбу нашего главного теоретика и практика социально направленного искусства Андрея Ерофеева. Он теперь без работы и под следствием. Нарвался, все-таки. В 2006 году в музее А.Сахарова, то есть в гнезде демократии и свободомыслия, им была осуществлена выставка, с которой все и началось. «Запрещенное искусство» было представлено Ерофеевым с только ему присущей гениальностью, элегантно, точно, безукоризненно. Предметы были представлены за фальшстенами. Чтобы увидеть произведение искусства, надо было подняться по приставной шаткой лесенке вверх и дотянуться до дырочки в стенке. Там, за стенкой, невидимым для стоящих на полу и пребывал предмет запрещенного искусства. Но что тут началось!!! Ну, и… на работе тоже начались терки. Ну, нет у Андрея Владимировича музейной чиновничьей дисциплины (о сути нынешнего музейщика см. выше). И статья на нем висит теперь солидная - «за разжигание религиозной и национальной розни». То есть, враг существующего режима в лице искусствоведа, представляющего критическое искусство, повержен! Прав был Марат, нет никакой идеологии, идейности, содержательности и прочей всякой творческой ерунды, передвижнического пафоса и белинско-стасовской правды жизни.

Но и в области развлекательного искусства все не так благополучно. Последний год прошел у нас под знаком открытия галереи Марата Гельмана в Перми. Ведущие же позиции в московской художественной тусовке занимают сейчас Айдан Салахова (девочка с пронзительными глазами с портрета из Третьяковки), галерея «Гараж» («Винзавод» из моды, похоже, нынче вышел). Что же Марат то им не ко двору? Творчество, которое он пропагандирует, обладает набором инфернальным формальных признаков. Оно слишком мужское, брутальное, грубое, натуралистичное. Современной публике такой культурный шок не нужен.

Вот так, примерно, выглядит современное положение художественной жизни страны. Возможны варианты, конечно, особенно в частных проявлениях. Но процессы идут, и Аннушка уже пролила масло…

А вот и подходящий случаю образчик нашей современности - только что (14.11.2009) по государственному новостному каналу показали сюжет о встрече В.В.Путина с российскими рэперами, которые выступают за здоровый образ жизни. В интервью бритоголовый победитель рэперского фестиваля с гордостью произнес: «Я три года назад вышел из мест не столь отдаленных, а сейчас я с этой сцены исполняю рэп для Путина!» О, великий и могучий русский язык!

А, между тем, все это время параллельно публичной битве за актуальное искусство существует некая реальность, связанная с именем могущественного и щедрого владыки - Церетели. Зураб Церетели первым ощутил и использовал, а может, и создал, свободу российского слова в городском и мировом пространстве. Им был открыт первый в России музей современного искусства по образцу мировых музеев. В нем спокойно и последовательно, без тенденциозных перегибов представлены все направления существования изобразительного искусства в XX веке.

В свободной стране, должна быть свобода выбора и для зрителя и для художника! И не надо нам подсовывать ложные ценности и загонять в сомнительные сообщества!

Ирина Маршева - искусствовед, зам. директора по научной работе НГВК, член союза художников РФ, ст. преподаватель кафедры истории культуры и религии ННГУ им. Лобачевского. E-mail: marsheva@front.ru



« К кратким заголовкам страницы

Статистика посещаемости
© Аудитор Петрова Татьяна Александровна 2003